СВЕРЧОК НА ПЕЧИ

2500 рублей - если подарок дарят от родителей
3200 рублей - если подарок дарит Театр ОМ

Если вы хотите воспользоваться этой возможностью, после покупки билета необходимо обязательно заполнить специальную форму. В ней мы попросим указать информацию, необходимую для подготовки встречи: имя и возраст ребёнка, выбранный сеанс, номер билета, вариант подарка и другие важные детали. Это позволит нам подготовиться заранее и сделать встречу действительно личной.

Без заполненной формы индивидуальная встреча с Дедом Морозом не может быть организована.

Количество встреч ограничено и зависит от выбранного показа.

Для Театра ОМ всё это очень близко. Нам интересен театр, который не просто показывает зрителю готовую историю, а происходит здесь и сейчас. Когда зритель перестаёт просто находиться в зрительном зале и каким-то образом оказывается внутри происходящего.

Я не хочу упрощать театр до какого-то специального «детского формата». Я категорически против того, чтобы заранее объяснять ребёнку, что он должен понять и что должен почувствовать. Я хочу создать для него настоящее пространство. Дать настоящую историю. И возможность прожить всё самому.

Мне бы очень хотелось, чтобы для кого-то из детей «Сверчок на печи» стал одной из первых сильных встреч с театром. Такой, после которой театр запоминается не только декорациями, костюмами или героями, а чувствами и ощущениями. И ещё мне очень важно, чтобы взрослые здесь не превращались просто в сопровождающих своих детей.

Потому что «Сверчок на печи» для меня не делится на детскую и взрослую историю. Ребёнок увидит одно. Взрослый - другое. Но если спектакль случится, в какой-то момент между ними исчезнет эта разница. Они окажутся в одном месте.

Рядом с тёплым семейным очагом. Рядом друг с другом. И, может быть, впервые за долгое время услышат одно и то же.

Того самого сверчка.

Роман Акимов
ХУдожественный руководитель Театра ОМ

 В начале XX века молодые артисты Первой студии входили в неизвестное, пытаясь практически понять, каким ещё может быть театр. Больше ста лет спустя молодые артисты Театра ОМ продолжают задавать этот вопрос заново.

Не повторяя найденного. Не восстанавливая прошлого. А снова превращая театр в место исследования человека и живого творческого процесса. Именно поэтому слова Леопольда Сулержицкого, сказанные больше века назад, сегодня звучат для нас удивительно близко:

«Будить в человеке человеческое — основная цель искусства». У Несомненно космического Театра ОМ есть своя формула: «Стать светом для тех, кто стоит на дороге без звёзд».

Между этими словами больше ста лет. Но, возможно, речь в них идёт об одном и том же.

О театре, который возникает не ради самого театра. А ради человека.

Михаил Чехов
Калеб Племмер — старый игрушечник. В «Сверчке» молодой Михаил Чехов создавал один из своих ранних больших сценических образов.

Евгений Вахтангов
Мистер Тэкльтон. Будущий режиссёр и создатель собственной театральной школы.

Софья Гиацинтова
Фея-Сверчок. Впоследствии — народная артистка СССР.

Герман Хмара
Джон Пирибингль.

Мария Дурасова
Мэри Пирибингль — Малютка.

Борис Сушкевич
Автор инсценировки и режиссёр спектакля.

Леопольд Сулержицкий
Один из ближайших соратников Станиславского. Его имени не было среди официальных постановщиков «Сверчка», однако участники Первой студии считали Сулержицкого одним из людей, определивших внутренний строй и атмосферу спектакля.

В первом «Сверчке» многие игрушки для мастерской Калеба Леопольд Сулержицкий и Михаил Чехов делали собственными руками. Для Чехова это было частью вхождения в мир героя — не только через текст, но через материал, жест, работу руками. Эту традицию мы хотим продолжить и в Театре ОМ.

Не повторяя спектакль 1914 года, а сохраняя главное: любовь к тому, что создаётся. Игрушки и детали мастерской Калеба мы тоже хотим делать и собирать своими руками, чтобы в каждой вещи оставался след человека, который её создавал. Больше ста лет назад этот мир рождался из рук и любви. Этой зимой мы попробуем сделать так же.

Диккенса интересует не чудо, которое приходит извне. Его интересует момент, когда меняется сам человек. Когда недоверие уступает место любви. Когда ожесточение вдруг оказывается не окончательным. Когда человек, привыкший жить только для себя, неожиданно открывает дверь другому. Когда за привычными лицами снова становится видно живого человека.

Именно поэтому рождественские истории Диккенса пережили своё время. Они говорят о том, что остаётся с нами всегда: о доме, о близости, о страхе потерять, о способности простить, о воображении, о сострадании, о доверии. И о том, что иногда достаточно одного события, одной встречи, одного маленького голоса рядом с очагом, чтобы привычный мир вдруг открылся совсем иначе. И, возможно, именно поэтому спустя почти два столетия эта история всё ещё возвращается на сцену.

Потому что рождественское чудо у Диккенса - это не волшебство. Это человек, который снова становится способным любить.